Обмен учебными материалами


РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРАВОСУДИЯ 34 страница



При прекращении применения принудительных мер медицинского характера, возобновлении уголовного дела и назначении наказания или продолжении исполнения назначенного наказания время, в течение которого к лицу применялось принудительное лечение в психиатрическом стационаре, засчитывается в срок наказания из расчета один день пребывания в психиатрическом стационаре за один день лишения свободы.

В законе прямо не решается вопрос о зачете в срок наказания времени нахождения в психиатрическом стационаре в том случае, если назначается или продолжает исполняться наказание, не связанное с лишением свободы. Однако по смыслу ст. 103 УК РФ время нахождения в психиатрическом стационаре должно засчитываться и в сроки таких наказаний, исходя из соотношений, установленных ст. 71 УК РФ. Например, один месяц нахождения в психиатрическом стационаре должен приравниваться к двум месяцам ограничения свободы.

Время принудительного амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра не подлежит зачету в срок наказания, поскольку правовые ограничения, связанные с этой принудительной мерой медицинского характера, незначительны и оснований для указанного зачета не имеется. Тем более не подлежит зачету в срок наказания время амбулаторного принудительного наблюдения, если оно осуществлялось в период отбывания лишения свободы, поскольку в этом случае срок наказания не прерывался.

Статья 104. Принудительные меры медицинского характера, соединенные с исполнением наказания

Комментарий к статье 104

Как было указано выше, лицам, осужденным за преступления, совершенные в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера. Этой мерой в соответствии с ч. 2 ст. 99 УК РФ может быть только амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра.

При этом уголовный закон не ограничивает виды наказаний, исполнение которых может сопровождать амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра. Поэтому этот вид принудительной меры принудительного характера может быть назначен наряду с такими видами наказания, как лишение свободы, ограничение свободы, арест.

Обычно указанием на эти три вида наказания и ограничивается в литературе, комментариях, законе перечисление конкретных видов наказаний, наряду с которыми может быть назначено амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра. Такой подход, видимо, объясняется тем, что в ч. 1 ст. 18 УИК РФ говорится о том, что именно к осужденным к ограничению свободы, аресту, лишению свободы, страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, учреждениями, исполняющими указанные виды наказаний, по решению суда применяются принудительные меры медицинского характера. Другие категории осужденных, т.е. осужденные к иным, кроме перечисленных в ч. 1 ст. 18 УИК РФ, видам наказаний, при этом не указываются. Однако, поскольку они могут быть назначены, возникает вопрос о применении принудительных мер, например, к осужденным к исправительным работам, обязательным работам.

Загрузка...

Итак, в соответствии с ч. 1 ст. 18 УИК РФ принудительные меры медицинского характера в отношении осужденных к лишению свободы применяют исправительные колонии и другие учреждения, исполняющие лишение свободы (в соответствии с ч. 2 ст. 101 УК РФ в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы), медицинские части и другие учреждения) .

--------------------------------

Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ и Минюста России от 17 октября 2005 г. N 640/190 "О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу" // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2005. N 46.

В отношении осужденных к ограничению свободы принудительные меры применяют исправительные центры, а осужденных к аресту - арестные дома. Применение принудительных мер медицинского характера в отношении осужденных к иным видам наказания уголовно-исполнительное законодательство не регламентирует. В ч. 1 ст. 104 УК РФ сказано, что, за исключением осужденных к лишению свободы, принудительные меры в отношении осужденных к иным видам наказаний исполняются в учреждениях органов здравоохранения, оказывающих амбулаторную психиатрическую помощь. Таким образом, уже на уровне УК РФ и УИК РФ видятся определенные расхождения по вопросу об исполнении принудительных мер в отношении осужденных к наказаниям, не связанным с лишением свободы.

Анализ же действующего уголовного и уголовно-исполнительного законодательства показывает, что исполнение принудительных мер медицинского характера в отношении осужденных к иным видам наказаний, за исключением лишения свободы, ограничения свободы и ареста, возложено на органы здравоохранения, а именно на органы, оказывающие амбулаторную психиатрическую помощь.

В соответствии со ст. 26 Закона РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" амбулаторная психиатрическая помощь лицу, страдающему психическим расстройством, в зависимости от медицинских показаний оказывается в виде консультативно-лечебной помощи или диспансерного наблюдения.

Однако консультативно-лечебная помощь оказывается врачом-психиатром при самостоятельном обращении лица, страдающего психическим расстройством, по его просьбе или с его согласия, а в отношении несовершеннолетнего в возрасте до пятнадцати лет - по просьбе или с согласия его родителей либо иного законного представителя.

Поэтому применительно к принудительному лечению речь может идти только о диспансерном наблюдении, которое может устанавливаться независимо от согласия лица, страдающего психическим расстройством, или его законного представителя в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 27 названного Закона, и предполагает наблюдение за состоянием психического здоровья лица путем регулярных осмотров врачом-психиатром и оказание ему необходимой медицинской и социальной помощи .

--------------------------------

Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913.

Применительно к амбулаторному принудительному наблюдению и лечению у психиатра, исполняемому органами здравоохранения, возникает вопрос о достаточности возможностей и полномочий применения именно принудительного наблюдения. Думается, этот вопрос требует дополнительной проработки на законодательном уровне.

В период отбывания наказания и прохождения принудительного лечения психическое состояние осужденного может измениться в худшую сторону. В таких ситуациях при наличии медицинских показаний осужденный может быть помещен в психиатрический стационар или иное лечебное учреждение в порядке и по основаниям, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о здравоохранении.

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что в ч. 2 ст. 104 УК РФ уже говорится не о принудительных мерах медицинского характера, принудительном лечении, а об изменении психического состояния осужденного, требующего организации его лечения в общем порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации о здравоохранении. В этом случае осужденные могут быть помещены в специальные психиатрические больницы уголовно-исполнительной системы. Время нахождения в этих учреждениях засчитывается в срок отбывания наказания.

При отпадении необходимости дальнейшего лечения осужденного в указанных учреждениях выписка производится в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.

Прекращение применения принудительной меры медицинского характера, соединенной с исполнением наказания, производится судом по представлению органа, исполняющего наказание, на основании заключения комиссии врачей-психиатров.

Действующее уголовное законодательство предусматривает применение принудительных мер медицинского характера только к лицам, страдающим психическими расстройствами. Но, исключив из ст. ст. 97 и 99 УК РФ указание о применении наряду с осуждением принудительной меры медицинского характера в отношении лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией, по решению суда, законодатель Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 161-ФЗ "О приведении Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и других законодательных актов в соответствие с Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" дополнил ч. 3 ст. 18 УИК РФ положением, в соответствии с которым в отношении таких лиц должно применяться обязательное лечение по решению медицинской комиссии.

--------------------------------

СЗ РФ. 2003. N 50. Ст. 4847.

Глава 15.1. КОНФИСКАЦИЯ ИМУЩЕСТВА

Статья 104.1. Конфискация имущества

Комментарий к статье 104.1

Возвращение конфискации имущества в уголовный закон вызвало широкий отклик и среди ученых, и среди практиков. При этом основным обсуждаемым вопросом явился вопрос о правовой природе конфискации, поскольку Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 153-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма" и Федерального закона "О противодействии терроризму" новая глава 15.1 УК РФ была включена в раздел VI "Иные меры уголовно-правового характера".

Уже из названия Федерального закона, дополнившего содержание УК РФ, следует, что основным целевым назначением конфискации имущества является усиление уголовно-правового противодействия терроризму. Вместе с тем если ранее конфискация имущества была известна как уголовное наказание, то в настоящее время эта мера с позиции закона относится к числу иных мер уголовно-правового характера, хотя данной мере свойственны многие содержательные формальные признаки наказания, например ограничение или лишение прав, принудительный характер исполнения и наличие субъекта принуждения в лице государства.

Конфискация имущества формально не является наказанием, поскольку эта мера не включена в перечень видов наказаний, установленный ст. 44 УК РФ. Однако следует обратить внимание на то, что в определении наказания, данном в ч. 1 ст. 43 УК РФ, не говорится о том, что лишение или ограничение прав и свобод должно быть сформулировано именно как вид наказания. В соответствии с законом эти правоограничения должны быть предусмотрены УК РФ, что означает возможность их наличия и в содержании иных мер, не являющихся наказанием. Поэтому с позиции содержания наказание и иные меры уголовно-правового характера могут совпадать.

Как отмечалось выше, конфискация имущества уже была известна российскому уголовному закону, но в виде уголовного наказания, которое применялось только дополнительно. Предметом конфискации могло быть любое имущество осужденного (в том числе и благоприобретенное), за исключением имущества, включенного в перечень имущества, не подлежащего конфискации.

По существу конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества субъекта. Следовательно, по своему содержанию конфискация имущества предполагает лишение права собственности на конфискуемое имущество.

Однако конфискация имущества в действующем варианте распространяется не на любое имущество виновного, как это имело место ранее, а только на то, которое прямо указано в законе (имущество, тем или иным образом связанное с совершением преступления или имеющее определенное целевое назначение). При этом УК РФ устанавливает несколько критериев, определяя имущество, подлежащее конфискации.

Прежде всего это имущество, полученное в результате совершения преступлений. К преступлениям, при совершении которых может быть применена конфискация имущества, отнесены следующие: предусмотренные ч. 2 ст. 105, ч. ч. 2 - 4 ст. 111, ч. 2 ст. 126, ст. ст. 127.1, 127.2, ч. 2 ст. 141, ст. 141.1, ч. 2 ст. 142, ст. ст. 146, 147, 183, ч. ч. 3 и 4 ст. 184, ст. ст. 186, 187, 189, ч. ч. 3 и 4 ст. 204, ст. ст. 205, 205.1, 205.2, 206, 208, 209, 210, 212, 222, 227, 228.1, 229, 231, 232, 234, 240, 241, 242, 242.1, 275, 276, 277, 278, 279, 281, 282.1, 282.2, 285, 290, 295, 307 - 309, 355, ч. 3 ст. 359 УК РФ. Конфискации подлежит также имущество, являющееся предметом незаконного перемещения через таможенную границу Российской Федерации, ответственность за которое установлена ст. 188 УК РФ.

Здесь, с нашей точки зрения, необходимо обратить внимание на следующие обстоятельства. На наш взгляд, определяя перечень преступлений, результатом совершения которых может быть приобретение имущества, подлежащего конфискации, законодатель ориентировался на общественную опасность, тяжесть преступления и его характер. Поэтому в приведенный выше перечень включены в основном преступления, связанные с посягательством на личность, преступления коррупционного и террористического характера.

Однако при этом достаточно важным моментом является то обстоятельство, что закон не предусматривает обязательности применения конфискации имущества. С одной стороны, такое решение вопроса о применении рассматриваемой меры уголовно-правового характера можно объяснить тем, что имущество приобретается далеко не во всех случаях совершения преступлений, указанных в п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Но с другой стороны, суд формально не обязан применять конфискацию имущества и в тех случаях, когда таковое приобретается в результате совершения преступления. Иными словами, конфискация имущества носит необязательный характер, что вряд ли соответствует цели закона, дополнившего УК РФ соответствующей главой.

Еще один вид имущества, подлежащего конфискации, образует имущество, с использованием которого совершается преступление, - это орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие или переданные обвиняемому. В последнем случае может быть поставлен вопрос о соучастии в преступлении и применении для конфискации указанного имущества норм УПК РФ.

Указанные виды имущества могут быть конфискованы на основании ст. 104.1 УК РФ, но эти же виды имущества в соответствии со ст. 81 УПК РФ являются вещественными доказательствами (предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления; деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления). В соответствии с этой же статьей УПК РФ орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются; деньги, ценности и иное имущество, указанные в п. п. "а" - "в" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, подлежат конфискации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных п. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ. Таким образом, можно сказать, что существует определенная конкуренция норм УК РФ и УПК РФ, регулирующих вопрос о применении конфискации имущества. Если проблемы с конфискацией в отношении орудий, средств совершения преступления, имущества, добытого в результате совершения преступления, решаются в рамках УПК РФ как в отношении вещественных доказательств, то не лишней ли является в рассматриваемой части ст. 104.1 УК РФ, поскольку конфискация имущества является мерой процессуального характера? При наличии двойственной правовой природы конфискации имущества дать точный ответ на поставленный вопрос достаточно затруднительно, однако, с нашей точки зрения, опять же в рассматриваемой части конфискации, более целесообразно признать ее мерой уголовно-процессуального плана, тем более что требования УПК РФ в части конфискации имущества, полученного в результате совершения преступления, орудий и средств его совершения и т.д. распространяются на любые подобные случаи вне зависимости от вида совершенного преступления, а не только на случаи совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Это важно и в том аспекте, что в качестве процессуальной меры конфискация указанного выше имущества является обязательной, а в качестве иной меры уголовно-правового характера к таковой не относится.

На процессуальную природу рассматриваемой меры обращается внимание и в Определении Конституционного Суда РФ от 8 июля 2004 г. N 251-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы уполномоченного по правам человека в Российской Федерации на нарушение конституционных прав гражданина Яковенко Андрея Федоровича пунктом 1 статьи 86 УПК РСФСР и гражданина Исмайлова Адиля Юнус Оглы - пунктом 1 части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации, а также жалобы гражданина Кузьмина Владимира Клавдиевича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 81 УПК Российской Федерации". В частности, Конституционный Суд РФ указал, что норма, содержащаяся в п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ (п. 1 ст. 86 УПК РСФСР), является по своей природе и сущности нормой уголовно-процессуального законодательства как самостоятельной отрасли в системе законодательства Российской Федерации, имеет собственный предмет правового регулирования - институт вещественных доказательств в уголовном судопроизводстве .

--------------------------------

Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. N 1.

Таким образом, конфискация имущества, являющегося вещественным доказательством по делу, - это процессуальная, но не уголовно-правовая мера. Поэтому п. "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ может применяться достаточно ограниченно.

И наконец, еще один момент, который следует иметь в виду, решая вопрос о применении конфискации имущества. В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ конфискации подлежат только орудия преступления, принадлежащие обвиняемому. Такое же положение закреплено в п. "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Во-первых, здесь, видимо, не совсем корректно применен термин "обвиняемый", поскольку вопрос о конфискации имущества в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ решается при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела, т.е. в отношении имущества, принадлежащего не только обвиняемому, но и подсудимому, осужденному. И, кроме того, указание на принадлежность имущества обвиняемому в ряде случаев исключает возможность конфискации орудий и средств совершения преступления. К примеру, на практике достаточно широко распространены случаи, когда похищенная из нефтепроводов нефть вывозится на автомашинах, не являющихся собственностью обвиняемого или осужденного. В соответствии с действующим законом в этом случае средство совершения преступления подлежит возврату собственнику. Затем это же имущество, например при сдаче в аренду, вновь используется при совершении преступлений. Думается, в этой связи актуальным является вопрос о повышении ответственности собственника за целевое использование его имущества другими лицами. Вопрос этот, естественно, не однозначен и требует своего изучения. Но в то же время следует обратить внимание на то, что национальному законодательству ряда стран известны подходы, при которых имущество, используемое при совершении преступлений, может быть конфисковано у собственника, если он не проявил должной предусмотрительности и его имущество было использовано во зло третьими лицами. Как представляется, такие подходы в отдельных случаях поддерживаются и международным сообществом. Так, ст. 1 Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (заключена в городе Страсбурге 8 ноября 1990 г., ратифицирована Федеральным законом от 28 мая 2001 г. N 62-ФЗ и вступила в силу для Российской Федерации 1 декабря 2001 г.) установлено, что термин "конфискация" означает не только наказание, но и "меру, назначенную судом в результате судопроизводства по уголовному делу или уголовным делам и состоящую в лишении имущества" (п. "d"); при этом под имуществом понимается имущество любого рода, вещественное и невещественное (п. "b"), и "орудия", означающие любое имущество, использованное или предназначенное для использования любым способом, целиком или частично, для совершения преступления или преступлений (п. "c"). Таким образом, в Конвенции принадлежность (собственность обвиняемого или иного лица) имущества не является определяющим фактором при решении вопроса о конфискации. Такой же подход, с нашей точки зрения, следовало бы закрепить и в российском законодательстве.

Далее, конфискация может быть обращена не только на имущество, полученное в результате совершения указанных в законе преступлений, но и на любые доходы от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу. Это положение представляется очень важным, поскольку практика показывает, что доходы от имущества, полученного в результате совершения преступлений, нередко составляют весьма значительные суммы.

Не менее важным является и положение закона, согласно которому конфискация имущества распространяется также и на деньги, ценности и иное имущество, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы. Данное положение исключает возможность использования результатов преступной деятельности в тех ситуациях, когда имущество, полученное в результате совершения преступлений, преобразуется в иное имущество, например, когда преступник успевает на похищенные средства приобрести недвижимость, вложить их в производство и так далее. Такая возможность ранее в связи с исключением конфискации имущества из уголовного закона была исключена. Означенные выше подходы к конфискации имущества, на наш взгляд, являются достаточно эффективной законодательной мерой противодействия коррупционным преступлениям и преступлениям террористического характера.

Если же имущество, полученное в результате совершения преступления, и (или) доходы от этого имущества были приобщены к имуществу, приобретенному законным путем, конфискации подлежит та часть этого имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества и доходов от него.

Таким образом, можно сказать, что конфискация имущества распространяется в первую очередь на имущество, которое тем или иным образом соотнесено с совершением преступления и принадлежит виновному. Это первый вид имущества, подлежащего конфискации.

Вместе с тем, как показывает практика, в антиобщественных целях может быть использовано не только имущество, приобретенное в результате совершения преступления, но также и благоприобретенное имущество. В этой связи уголовный закон, преследуя цель лишения материальной и финансовой базы отдельных лиц и групп, чья деятельность противоречит закону, распространяет действие конфискации и на подобное имущество. Поэтому конфискованы могут быть деньги, ценности и иное имущество, используемые или предназначенные для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации). Следовательно, второй вид имущества, подлежащего конфискации, составляет имущество, предназначенное для использования в преступных целях, указанных в законе. Данное имущество может быть и благоприобретенным.

Говоря о данном предмете конфискации, на наш взгляд, следует обратить внимание на два подхода, применяемых законодателем применительно к имуществу, - это используемое или предназначенное для финансирования терроризма и другое имущество. Если имущество используется для финансирования терроризма, то оно может быть конфисковано на основании ст. 104.1 УК РФ, поскольку использование означает причастность (соучастие) виновного к совершению преступления, а в отдельных случаях (например, в соответствии со ст. 205.1 УК РФ) и самостоятельное преступление. Если же имущество предназначалось, но еще не использовалось для финансирования терроризма, то это может расцениваться как приготовительные действия пособника или исполнителя. Таким образом, и при использовании, и при предназначенности имущества для финансирования преступлений можно говорить как минимум о соучастии в совершении преступления, а следовательно, о связи имущества, подлежащего конфискации, с преступлением и его конфискации у лица, совершающего преступление или участвующего в той или иной роли в его совершении.

В случаях, когда имущество, подлежащее конфискации, было передано осужденным другому лицу (организации), оно подлежит конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий.

Принятие третьим лицом имущества от осужденного в том случае, когда это лицо знало о получении имущества в результате преступных действий, может при наличии соответствующих условий служить основанием для решения вопроса о соучастии в преступлении, совершенном осужденным, или о совершении самостоятельного преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ "Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем".

Указание же на то, что лицо должно было знать о получении имущества осужденным в результате преступных действий, говорит о необходимости проявления должной предусмотрительности лицом при приобретении имущества. Ее отсутствие может стать основанием лишения имущества третьего лица даже в случае добросовестного приобретения имущества у осужденного.

Проведенный выше анализ относительно видов имущества, подлежащего конфискации, позволяет сделать следующие выводы. Во-первых, конфискации подлежит только имущество, тем или иным образом относимое к преступлению (использованное, предназначенное для совершения преступления, полученное в результате совершения преступления или являющееся результатом преобразования преступно полученного имущества). Во-вторых, конфискации подлежит только имущество, принадлежащее виновному или переданное им другим лицам. В этой связи можно сказать, что институт конфискация имущества нуждается в доработке в части конфискации имущества, принадлежащего третьим лицам, но с использованием которого совершено преступление. Это особенно важно с учетом требований международных соглашений, участником которых является Россия.

В настоящее время наиболее полно вопросы конфискации имущества решены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 г. N 14 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака", где Пленум Верховного Суда РФ обращает внимание судов на то, что оборот контрафактных экземпляров произведений или фонограмм нарушает охраняемые федеральным законодательством авторские и смежные права, в связи с чем указанные экземпляры произведений или фонограмм подлежат конфискации и уничтожению без какой-либо компенсации (за исключением случаев передачи конфискованных контрафактных экземпляров произведений или фонограмм обладателю авторских или смежных прав, если это предусмотрено действующим в момент вынесения решения по делу федеральным законом).

Затем в названном Постановлении отмечается, что в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ судам надлежит исходить из того, что деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате преступлений, предусмотренных ст. ст. 146 и 147 УК РФ, и любые доходы от этого имущества конфискуются, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу.

Пленумом обращается внимание и на то обстоятельство, что исходя из положений п. "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ орудия и иные принадлежащие обвиняемому средства совершения преступления, в частности оборудование, прочие устройства и материалы, использованные для воспроизведения контрафактных экземпляров произведений или фонограмм, подлежат конфискации .

--------------------------------

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 7.

Статья 104.2. Конфискация денежной суммы взамен имущества

Комментарий к статье 104.2

Комментируемая статья регулирует вопросы, связанные с конфискацией имущества в тех случаях, когда реальное изъятие определенного предмета, подлежащего конфискации, невозможно по ряду обстоятельств.

Первое, что следует отметить, - это то, что закон связывает невозможность конфискации с определенным процессуальным моментом - моментом принятия судом решения о конфискации. Очевидно, дело заключается в том, что решение суда о конфискации имущества должно быть обеспечено и эта обеспеченность осуществляется на стадии до принятия решения о конфискации (ст. ст. 116, 220, 228, 230 УПК РФ). В таких случаях исполнение решения суда о конфискации имущества гарантированно подлежит исполнению.

Очевидно, этот подход к решению вопроса о конфискации имущества достаточно верен, поскольку гарантирует изъятие если не самого предмета конфискации, то по крайней мере его денежного эквивалента.


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-12;


weddingpedia.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная